Он находился в углу мрачного пятиугольного помещения, похожего на каменный склеп с тусклым освещением неясной природы. Его внимание сразу привлек предмет, стоящий на невысоком постаменте: небольшой — размером примерно в локоть, изготовленный из цельного куска какого-то полупрозрачного кристалла. Поверхность его представляла собой калейдоскопический набор тысяч разновеликих граней, образующих узоры, похожие на извилистую вязь древних символов. Фанатик сделал шаг вперед, и светотени на кристалле неуловимо сместились, сложив замысловатые узоры-символы в новый кабаллистический рисунок.
Фанатик почувствовал пустоту в груди, сродни сильной жажде, требующей утоления: кристалл притягивал его, как — он знал это — способны притягивать только предметы, обладающие Силой. А любая сила — от самой примитивной мускульной до силы, таящейся в атомных ядрах, для человека во все времена являлась в первую очередь оружием — защиты или поражения, а чаще того и другого. Оружия Фанатик на своем богатом приключениями веку повидал немало. Судя по мощи притяжения, он безошибочным чутьем профессионала определил: в кристалле заключена чудовищная сила, способная, быть может, потрясти основы мироздания. Хранитель не обманул: одна из Трех Предвечных Стихий, покоренных еще до начала мира в непостижимые смертными времена Хаоса, мерцала и переливалась перед ним за прозрачными гранями.
Фанатик упустил момент, когда он позабыл, где находится и как сюда попал, забыл и о мертвом Хранителе, вцепившемся где-то в другом мире в его онемевшую руку. Все сущее для него исчезло, кануло в небытие. Один лишь кристалл царил в ужасающей пустоте на незыблемом пьедестале, нашептывая изменчивыми переливами все тайны Вселенной, маня, обещая — вот-вот сейчас, еще чуть-чуть, последняя преграда — мгновение, тонкое, как шелковая нить, — порвется, и ты их постигнешь…