По пути через «Звездный городок» имелась остановка перед увеселительным центром. Здесь дилижанс покинули два угрюмых пассажира: гордый в своем одиночестве блондин и недовольный — видимо, по жизни — охотник. Народу в дилижансе после остановки не прибавилось — да и кто бы теперь в него добровольно погрузился, кроме разве что навозных мух. Так что до отеля Михаил доехал в компании одной Натальи: отважного бежевого господина, безмятежно почившего на полу, за компанию можно было уже не считать.

При выезде на небольшую гранитную площадь перед отелем Михаил бросил первым делом взгляд на автостоянку, где царственно замер вороной «Лендровер» (тот еще антиквариат). Позади него, словно отряд подтянутых ординарцев за бравым фельдмаршалом, выстроилось в ряд с десяток силовых кресел. К вящей радости Михаила, испачканной французской «сарделькой» нигде поблизости не пахло — отдыхала, наверное, от пережитого потрясения где-нибудь в районе увеселительных заведений, а то и вовсе унеслась по магистрали в неведомую даль, миновав судьбоносный поворот к Сто Тринадцатому массиву.

2. ГРОМАДА СДВИНУЛАСЬ

Вначале Отшельник ощутил беспокойство. Источник легкого смятения окружающей первородной среды, нарушивший покой чутких ментальных струн Отшельника, решительно надвигался, ввергая Отшельника во все большую дисгармонию. Впервые за немалый период времени, протекший с момента его уникального подвига Отрешения от мира, нечто извне осмелилось вторгнуться в абсолютное уединение Отшельника, поломав ажурную сеть связей с Высшими Субстанциями, сотканную путем титанических усилий в процессе беспримерного отшельничества. Природу настырного явления Отшельник. определил не сразу, и, пока он тщился определением, могучая глыба внутренней сосредоточенности безнадежно истаяла, произведя нечто вроде короткого замыкания в нежнейшем переплетении потоков четырехмерно-инфернального сознания, окутывающих Отшельника на много миль и измерений вокруг наподобие кокона.